• к-Темы
  • 24.04.20

«Страх и ненависть» на удаленной работе

Пять интервью с «удаленщиками»

qr-code
«Страх и ненависть» на удаленной работе

Никто не ждал, никто не готовился, но случилось: коронавирус, объявление режима самоизоляции, и вот – кто-то остается без работы, кто-то оправляется в вынужденный отпуск, а кто-то – на удаленную работу. Это первый текст из серии материалов о том, что происходит с работающими людьми во время пандемии, и в нем мы поговорим о тех, кого сейчас называют «удаленщиками».

ФОМ провел пять углубленных интервью с людьми, которые перешли на удаленную работу, и теперь мы расскажем вам об их «удаленных буднях» и о том, с какими проблемами им довелось столкнуться

Александр, 54 года, живет в Калининграде, женат, двое детей. Работает в муниципальном учреждении, занимается техподдержкой. График работы – пять рабочих дней, два выходных. Работает из дома с 27 марта. 

Сергей, 30 лет, живет в Краснодаре, женат, трое детей. Возглавляет IT-подразделение крупного российского ретейлера. До режима самоизоляции ходил на работу каждый день, с понедельника по пятницу, его сотрудники – 24/7, согласно графику. Работает из дома с 17 марта.  

Светлана, 37 лет, живет в Ярославской области, замужем, двое детей. Работает в компании по перевозке пассажиров и грузов. Работает из дома с 6 апреля. 

Ольга, 45 лет, живет в Барнауле с двумя детьми 13 и 15 лет и мамой. Преподает английский язык детям от года до 13 лет в частной языковой школе. До режима самоизоляции ходила на работу шесть дней в неделю. Работает из дома с 27 марта.

Оксана, 39 лет, живет в Санкт-Петербурге, замужем. Работает в государственном архиве, главный специалист. До режима самоизоляции ходила на работу пять дней в неделю. Работает из дома с 6 апреля.

Важность живого общения

Комментарий ФОМ: Первое, на что мы обратили внимание при работе с данными глубинных интервью, – это тоска по живому общению. Для кого-то это история про «сборку сообщества единомышленников», которая придаст смысл работе и поднимет настроение. Это важная штука: без привычных ритуалов, например кофе с коллегами перед началом работы, многим сейчас приходится очень тяжело. 

Для кого-то это проблема прагматическая, поскольку онлайн-совещания, совещания по телефону не являются полноценной заменой совещаниям офлайн. Дело в том, что они иначе устроены: невозможно говорить одновременно и быстро разобраться, кто сейчас высказывается и о чем спорит, периодические перебои со связью и прочие «радости жизни» эпохи Zoom стали знакомы многим, и справляются люди с ними по-разному. Либо отказываются от коллективных совещаний онлайн (что в перспективе создает еще больше проблем), либо преодолевают себя и осваивают новые коммуникативные навыки. Так или иначе, все это приводит к ностальгии по старому формату коммуникации, не опосредованной никакой техникой.  

Однако тоска по живому общению возникает далеко не у всех. Похоже, на российском рынке труда уже сформировался целый класс работников, которые смотрят на живое общение в процессе работы совершенно иначе – как на нечто архаичное. Люди, напрямую связанные со сферой IT (даже если практика удаленной работы для их организации не была привычной), переживают всю сложившуюся ситуацию гораздо легче и спокойнее, поскольку у них уже есть необходимые коммуникативные навыки и привычки для подобной работы. Собственно, как раз такие люди и говорят, что с удовольствием останутся на «удаленке» и дальше, если будет возможность.  

Мы скучаем, мы все скучаем, потому что у нас есть свои какие-то традиции. Наша организация – мы собрались те, кто не за деньгами, там небольшие деньги. Здесь больше ты фанат своего дела. Знаете, как вот музейные работники, историки – они немножко помешанные со своими обществами историческими и так далее. Вот и нам не хватает. У нас есть свои традиции, когда мы приходим на 25 минут раньше, варим кофе и приходим в эту свою комнатку и сидим. Нас там 10–12 человек, где мы утром такой – хоп, перед читальным залом выпиваем кофе. Кто-то что-то принесет, расскажет, поднимет настроение такое. Не хватает, конечно, не хватает. 

Оксана, 39 лет, Санкт-Петербург

Нет общения с коллегами прямого, чтобы можно было воочию с ними общаться. То есть мы общаемся по телефону, посредством электронной почты, но это не заменит живого общения. Очень часто у нас, особенно когда дело касается методологии нашей, нам нужно собраться узким нашим кругом, отделом и посоветоваться. Сейчас это не представляется возможным, даже если создать конференц-связь, все равно не получается. Общаемся только конкретно с одним, со вторым, третьим, пятым. Бывает невозможно решить какие-то проблемы быстро, как мы привыкли это делать. Это больше времени занимает, теряется связь. <…> Есть свои сложности, разумеется, весь рабочий процесс не налажен так, как мы привыкли работать в офисе. 

Светлана, 37 лет, Ярославская область 

Когда работал в офисе, мои коллеги, мой руководитель – хоть мы с ним в одном здании сидим, но на разных этажах – мы проводили планерки в Teams, в Skype, то есть задачи не поменялись. Только окружающая обстановка, что я сижу не в кресле в офисе, а дома, не более чем. Я считаю, что все встречи личные – это трата времени. 99% вопросов можно обсудить в письме, если правильно изложить все мысли. Если вы не в состоянии изложить мысли правильно в почте, то, скорее всего, вы на совещаниях точно так же ничего не решите, потратив на это какое-то количество времени. Если уж так случается, что нужно провести встречу-совещание, то сейчас – XXI век, можно пообщаться в Teams. Есть инструменты, которые развиваются, с помощью которых можно поговорить.  

Сергей, 30 лет, Краснодар

Что может помешать нормальной работе?

Комментарий ФОМ: Можно выделить несколько типичных барьеров, мешающих работе, на которые часто наталкивается «удаленщик»: нарушение рабочих процессов в организации и слом рабочего ритма, невозможность перенести какую-то значимую часть работы в онлайн, а также сделать «электронную копию» своего рабочего места.

Все это напрямую влияет на эффективность сотрудников и организации. Для решения проблем требуется грамотный менеджмент в кризисных условиях, когда твои подчиненные не находятся в одном месте и коммуникация с ними затруднена. Думаю, не будет преувеличением сказать, что в большинстве организаций, которые вынужденно перевели своих сотрудников на «удаленку», все еще довольно слабо представляют, что со всем этим делать.  

Обычно у нас у каждого есть свои виды работы, и каждый день общаться с начальством вживую нам не нужно, когда мы приходим на работу. У нас есть свой ритм, свой образ жизни на работе. А здесь-то, получается, мы без начальника никуда. Мы каждый день ждем приказа, что нам сегодня дадут, какой вид работы, кому распределение. Понимаете? 

Оксана, 39 лет, Санкт-Петербург 

Для очень маленькой аудитории я не поняла до сих пор, как можно работать удаленно: у нас <в школе> годовалые дети были, с которыми надо за ними следом ходить и говорить о том, что они видят. Тут это невозможно сделать. Ну, я пока не нашла способы. То есть с возрастом до четырех лет я не знаю, как работать, это очень-очень трудно. Это не тот возраст, который может сидеть и в экран смотреть. Это должно быть что-то очень сильно интерактивное. Обычно ты с годовалым целый день проводишь и говоришь с ним на языке все время. Он еще не говорит, он молчит, он только все слушает. 

А что касается старших, я тоже точно пока не знаю, как можно работать. Плюсов много, но есть минусы, конечно. Мы меньше успеваем, гораздо причем. Если в классе мы могли сэкономить время, отвечая на мои вопросы хором, я один вопрос – они мне один ответ, то сейчас мне приходится задавать один вопрос – и каждого по очереди выслушивать. 

Ольга, 45 лет, Барнаул 

Оборудовать рабочее место не получится так, как это в офисе, очень многих документов под рукой нет, все приходится в электронном виде листать, читать. 

Светлана, 37 лет, Ярославская область

Все стали больше работать

Комментарий ФОМ: Еще одно наблюдение, которое нельзя обойти стороной: большинство вынужденных «удаленщиков» стали значительно больше работать. Причины, как видно из цитат, могут быть довольно разнообразными. Но есть, видимо, и одна универсальная: возникает серьезная проблема калибровки рабочего/нерабочего времени. Отсутствие единого рабочего ритма с другими коллегами, коммуникативные издержки, в некоторых случаях реальное увеличение объема работы – все это объективная сторона дела.

Но есть и субъективная. При работе из дома гораздо сложнее достоверно установить, что ты «перерабатываешь», ведь всегда до конца неясно: это ты отвлекался и недостаточно эффективно использовал свое рабочее время или низкая продуктивность имеет структурный характер. В общем, теперь проблемы, с которыми ранее сталкивалась только узкая прослойка прекариата типа фрилансеров и самозанятых, стали знакомы большому числу людей. Вопрос, повлияет это на что-то (например, в контексте защиты прав работников) или нет, пока открыт.

У меня увеличился объем работы, я сейчас работаю по 10–11 часов каждый день, а раньше было часа на два поменьше. В первую очередь, это потому что добавились ученики онлайн, каким-то образом нас нашедшие. Пошли объявления в соцсетях, и вот эти ученики онлайн присоединяются. Кроме того, мы бесплатный урок в неделю добавили для всех групп. Ну, платят за два, а идут на три урока. Чтобы плата осталась та же, для удержания клиента. Заинтересовать их, потому что у многих бизнес сейчас порушится – платить не смогут. Нам хотя бы вот этот месяц продержаться, а там посмотрим. 

Ольга, 45 лет, Барнаул 

Сейчас работа занимает больше времени. Знаете почему? Потому что ты больше обращаешься <к коллегам>. Вот я, допустим, сейчас минут 40 разговаривала с замначальника отдела, она мне давала советы. На такие разговоры уходит время. Когда мы на работе, мы не можем себе это позволить. Я не могу прийти и 40 минут с ней это обсуждать, просто нет времени. 

Оксана, 39 лет, Санкт-Петербург 

Подразумевается, что с 8 часов я должна быть на работе, у нас, по идее, должен быть часовой обеденный перерыв. Но к сожалению, практически не получается именно так, как на работе, то есть с 12 до 13 им воспользоваться. Чаще всего стараешься что-то быстренько доделать, пока ребенок чем-то занят, например, и обед часто смещается, бывает, даже на вечер. Да, в этом есть свои неудобства, и обычно с работы тебя всегда выгонит время. То есть ты не будешь сидеть, есть определенные рамки у нас, двери закрываются, и выйти из офиса будет просто невозможно, если вовремя не выйдешь – это твои проблемы. Здесь таких временных рамок нет. Поэтому были моменты уже, когда приходилось работать даже в 10 вечера. Но здесь уже не потому, что меня об этом кто-то просит или заставляет начальство, нет, ни в коем случае. Это уже моя личная инициатива. Когда я понимаю, что я могу сделать что-то сегодня, не откладывая на завтра, я это делаю, и получается, что допоздна. 

Светлана, 37 лет, Ярославская область

Комментарий ФОМ: Еще одна проблема, которая серьезно мешает работе и с которой, судя по всему, столкнулся практически каждый «удаленщик» (если не напрямую, так опосредованно), – конфликт между рабочим контекстом и домашней повседневностью. Мы все интуитивно понимаем, как это устроено: в большинстве случаев на карантине/самоизоляции оказывается не только сам работник, но и его семья (нередко большая).

При этом пространство ограниченно, рабочие ресурсы (место, техника, канал интернета) ограниченны и должны каким-то образом перераспределяться, а вокруг еще продолжается обычная «домашняя жизнь»: дети переворачивают все вверх дном и требуют родительского внимания, где-то невыносимо громко орет телевизор и т. д. Работать в таких условиях крайне тяжело, это сказывается на эффективности и приводит к общей усталости – психические ресурсы, уходящие на фокусировку в нерабочей обстановке, огромны.

Сначала я, наверное, немного обрадовалась, потому что появилась возможность больше видеться со своей семьей. Но радость длилась недолго, наверное, дня два. Потом я поняла, что это очень тяжело, потому что дети тоже сейчас находятся на «удаленке». Дочка учится на «удаленке», сын не посещает детский сад, соответственно, работать просто невозможно. Потому что это постоянно: «Мама, накорми, мама, поиграй, включи телевизор, а можно мне поиграть в какую-нибудь видеоигру?» 

Светлана, 37 лет, Ярославская область 

Если бы в доме находился еще кто-то – дети, еще какие-то другие родственники, – это создавало бы проблемы. Невозможно было бы работать – выполнить даже тот вид работы, который я выполняю дома, было бы невозможно. По крайней мере, объем был бы меньше. Может быть, да, когда дети спали бы. Но это все равно уже: тут меньший объем выполнила, тут уже что-то не доделала, там закрыла. И потом в совокупности это бы сказалось на результате все равно. И когда писала вечером отчет, и время, когда бы его сдавала руководству, – это уже было бы сдвинуто, в норму бы не уложилась. У меня коллега с двумя детьми говорит: «Это невозможно, вообще невозможно». Я сегодня сделала в четыре раза больше, чем она. Она говорит: «Тут – сопли, тут – закашляла, тут – еще что-то. Этому старшему нужно кушать, эта тоже захотела – невозможно!» 

Оксана, 39 лет, Санкт-Петербург 

Первое, что удручает, – это то, что, конечно, домашняя обстановка отвлекает. Со старшим ребенком проблем нет, а младшая тоже на удаленном обучении. И когда так близко присутствуешь около учебного процесса ребенка – это отвлекает, безусловно. 

Александр, 54 года, Калининград

Достоинства удаленной работы

Комментарий ФОМ: А вот плюсы удаленной работы, которые были упомянуты в ходе интервью, достаточно разнообразны. Общие места – время, которое не нужно тратить на поездку до работы, и ресурсы, которые сейчас экономятся (люди мало выходят из дома и, как следствие, тратят меньше денег). К этому добавляются локальные преимущества – подчас неожиданные. Нескольким из наших информантов удалось «разгрести» давние рабочие завалы, а кому-то в радость не ощущать дисциплинарный контроль над своим «работающим телом» в виде строгой пропускной системы.

Но стоит отметить любопытную деталь: многие информанты вспомнили, что радость от столкновения с очевидными и неочевидными плюсами «удаленки» (вроде возможности высыпаться) быстро сменилась болезненным столкновением с реальностью, то есть теми барьерами и трудностями, которые мы уже обсудили выше. Радость прошла, а нерегламентированный рабочий день остался.

Единственное – видеться с семьей почаще получается. И немаловажный фактор для меня – я высыпаюсь. Потому что сейчас можно не вставать рано. Но обычно рабочий день, вообще день, утро, начинается у меня в 5 утра, где-то в 05:15, потому что мне нужно собраться самой, собрать детей, отвезти в садик, потом добраться самой на работу, я работаю с 8 часов утра. Поскольку я живу за городом, очень тяжело добраться, это довольно-таки далеко, пробки надо умудриться объехать. Сейчас я встаю где-то в половину восьмого – и к 8 часам я уже на рабочем месте. 

Светлана, 37 лет, Ярославская область 

Я больше времени уделяю себе и своей семье. Остальное рабочее время, с 9 до 18, в зависимости от графика работы, я посвящаю работе, и для меня ничего не поменялось. И принципиальной разницы, что я находился… с точки зрения выполнения процессов ничего не поменялось. Как я тот же объем задач выполнял, так и выполняю. Чуть дольше? Да, чуть дольше. И если я раньше приезжал домой к 8, сейчас я освобождаюсь в 7, полседьмого, выполнив работу, я спустился вниз, в домик, и все, я уже со своей семьей, с детьми и не трачу время на поездку. 

Сергей, 30 лет, Краснодар 

Сокращается, соответственно, количество ситуаций, когда требуется мое участие. Это, пожалуй, не связано с удаленной работой. Это не впрямую плюс удаленной работы. Этот плюс возник из-за самого карантина. В обычной работе большое количество персональных заявок отвлекает от работы, которая требует решения, требует концентрации. А сейчас я сделал работу, которая полгода назад казалась неразрешимой. 

Александр, 54 года, Калининград 

Нет теперь такого, что ты проспал и бежишь на работу. У нас проходная система, нужно отметиться, и не дай бог ты опоздаешь – нужно писать объяснительную. У нас пропускная система, ты не можешь выйти до обеда никуда на улицу, у тебя есть регламент, только промежутки у нас есть. В 11:15 перерыв, ты можешь на чай спуститься на 15 минут. Конечно же, сейчас такого нет. Ты высыпаешься, встаешь спокойно. Но это мы берем такой больше аспект, что над тобой никто не стоит, никто твою работу не контролирует. Не приходит никто к тебе в кабинет, не смотрит. 

Оксана, 39 лет, Санкт-Петербург

Что будет дальше?

Комментарий ФОМ: Легче всех в режим удаленной работы вошли те, кто в «мирное» время в этом режиме уже работал, просто не из дома, а из офиса. Главное приобретение этих людей в условиях самоизоляции – время. Да, домашний офис уступает рабочему, но это дело наживное. Их служебные обязанности не предполагают обязательного личного присутствия в компании, их коммуникации с коллегами ни технически, ни психологически не требуют прямого, не опосредованного контакта. Им комфортно на «удаленке», и они убеждены в целесообразности этого режима работы. Ничего удивительного, что комфортнее всех из наших информантов себя чувствует Сергей, работа которого напрямую связана с IT-сферой, а процессы в организации отлажены по-настоящему хорошо.  

Есть среди информантов и такие, кто увидел в новой ситуации «окно возможностей» для профессионального развития. Они готовы учиться, осваивать навыки, перенимать опыт и жить по-новому. Например, Ольга довольна полученным опытом и явно настроена преподавать в том числе и удаленно. 

А вот тяжелее других приходится либо тем, кто не дружит с новыми IT-технологиями, либо тем, чья профессиональная деятельность предполагает личное присутствие на работе. Их подчас уникальный опыт и квалификация в условиях удаленного режима не работают должным образом, и это их удручает. Например, Оксана, работающая в архиве, прямым текстом говорит, что для нее онлайн-коммуникация никогда не станет полноценной заменой личному контакту. Приобретенные за время самоизоляции навыки работы на новых платформах, безусловно, рационализируют какую-то часть рабочих процессов, но по большому счету не повлияют ни на уровень профессионализма, ни на саму суть деятельности. Видимо, такие люди воспринимают свою работу как коллективную практику, и прямое общение с коллегами становится чем-то вроде «точки сборки» их деятельности – на рабочем месте возникает общий смысл того, чем они занимаются. Они это хорошо чувствуют и воспринимают удаленную работу как временный и достаточно болезненный этап своей карьеры. Ни в какое повсеместное распространение удаленной работы эти люди не верят.

Лично я бы остался на «удаленке», дооборудовал себе. Потому что если бы у меня появилась определенность, что я могу работать постоянно на удаленной работе, я бы переоборудовал свое рабочее место, чтобы оно было более комфортным, и остался бы, проблем никаких не вижу. Самый главный плюс, почему остался бы, – время и еще раз время. Час туда и час назад, если не заезжать в магазины. Если еще требуется заехать в магазины, я возвращаюсь в 9 часов, в полдевятого. Поэтому только лишь время. А так я в 7 вышел, в полседьмого, формально могу и в 6, доделываю свою работу, спустился – и вот я с семьей и занимаюсь своими делами. Я не трачу время на доставку своего тела. 

Сергей, 30 лет, Краснодар 

Лично я бы предпочла после окончания эпидемии работать удаленно только в некоторых случаях. Когда приходится уходить на больничный с ребенком, чтобы не брать больничные, чтобы была возможность работать дома – рассматривала бы такой вариант. Но не на постоянной основе. 

Светлана, 37 лет, Ярославская область 

Думаю, что для компании, в принципе, не стоило бы после окончания карантина сохранять режим удаленной работы. По своему опыту могу сказать, что работать лучше за хорошо оборудованным рабочим местом, не зависеть от каналов связи, от скорости интернета. А это в последние недели заметно – связь гораздо хуже, чем раньше. 

Александр, 54 года, Калининград 

Понимаете, в чем дело: ты получаешь удовольствие от результатов своей деятельности, когда ты общаешься с людьми, когда ты приносишь пользу, когда ты находишь им эту информацию. И выбираешь эту работу и профессию как раз по тем критериям. А получается, у тебя все те плюсы – их убрали. И тебя посадили, как вот этого айтишника, перед компьютером. Да, тебя обеспечат этими программами, да, к тебе приедут, все на дом поставят. Это уже будет не та работа. А там уже будут другие приоритеты, и где-то ты, возможно, скажешь: «А ну ее, буду искать торговлю или еще что-то, потому что вот здесь – нет». Сейчас технических этих всех удобств – этого нет. Но если взять, опять же, на год, на полгода, тебе дома все предоставят, сделают – все будет не то. Я уверена, что половина коллектива ушла бы. За себя могу сказать – сразу бы ушла. 

Оксана, 39 лет, Санкт-Петербург 

Мне бы еще больше знаний получить, и удаленно мне понравилось. Я бы работала из любой точки света. Я раньше боялась, а тут пришлось. Я уже попробовала из машины, еще откуда-то – очень замечательно получается. 

Ольга, 45 лет, Барнаул

В нашем следующем материале (который уже в работе) мы попробуем разобраться, что происходит с теми людьми, которые продолжают ходить на работу даже во время пандемии. Что называется, stay tuned.

Артем Рейнюк

Поделитесь публикацией

  • 0
  • 0
  • 0
© 2020 Фонд Общественное Мнение