• к-Темы
  • 29.07.20

«Не страшнее гриппа»

Особенности скептического взгляда на пандемию коронавируса

qr-code
«Не страшнее гриппа»

Изобилие информации о новой коронавирусной инфекции, среди которой много противоречивых и откровенно сомнительных сообщений, способствует распространению в обществе разных представлений о тяжести заболевания. О наиболее радикальной группе, в принципе отрицающей существование коронавируса (таких среди опрошенных 12%), мы писали ранее. Признают существование болезни 83% опрошенных, еще 5% с ответом затруднились.  

При этом пятая часть респондентов (20%) считает, что коронавирус для человека не тяжелее, чем сезонный грипп (вопрос об опасности коронавируса для организма обычного человека не задавался тем, кто считает, что коронавируса вообще не существует, – отвечали 88% респондентов). Далее в разговоре об этой группе будем использовать термин «коронаскептики». Мы представим их социально-демографический портрет, выделим отличительные особенности в установках и поведении.

Больше, чем в других возрастных группах, коронаскептиков среди молодежи (29%), меньше всего – среди пожилых людей (15%). По остальным социально-демографическим параметрам значимых отличий не наблюдается. Во многих случаях сомнения в серьезности заболевания росли по ходу развития эпидемии: у 33% из тех, кто считает, что ковид не опаснее обычного сезонного гриппа, мнение об опасности менялось в течение эпидемии. Примерно четверть коронаскептиков (24%) сообщили, что теперь они считают болезнь менее серьезной, чем думали о ней изначально. При этом 7% стали считать инфекцию более тяжелой для организма. 

Примечательно, что представители этой группы заметно чаще, чем остальные участники опроса, говорили, что в их окружении нет переболевших или болеющих коронавирусом (65% против 52% среди всех опрошенных): вероятно, именно в этом кроется одна из основных причин, заставляющих людей сомневаться в серьезности заболевания. Аргумент «не поверю, пока не увижу своими глазами» люди часто используют и в ходе интервью, посвященных теме коронавируса. 

«Информант: Я вам просто говорю, у меня большая родня. Все у меня – и пожилые люди, и молодые, у меня братьев много, сестер много. Ни одного нету среди своих. И со знакомыми, с кем разговаривал, они говорят: «Мы вообще не знаем, что это такое».

Интервьюер: И у знакомых никто не заболел?

Информант: Чихают, кашляют – конечно, это бывает. Но не до того же раздувать». (Тюменская область, мужчина, 41 год, среднее техническое образование)

 Сомнения в серьезности коронавируса сопровождаются (а возможно, и подкрепляются) меньшим интересом к информации о заболевании: совсем не следят за новостями на эту тему 29% коронаскептиков (против 22% по выборке). При этом 16% раньше следили, но сейчас интерес потеряли. Не очень внимательно следят за соответствующими сообщениями 44% скептиков (41% по выборке), а внимательно – 26% (36% по выборке). Отметим, что в поисках новостной информации (не только на тему пандемии, а вообще) коронаскептики чаще обращаются к интернету, чем население в целом (51% против 43%), что, впрочем, ожидаемо, учитывая, что среди них больше молодых людей.

Коронаскептики реже, чем население в целом, доверяют официальной информации о пандемии и чаще склонны считать, что СМИ искажают реальную картину. 54% представителей этой группы уверены, что в официальных СМИ угроза коронавируса преувеличивается (по выборке в целом – 36%), 12% – что она преуменьшается (14% по выборке), 26% считают сообщения объективными (по выборке в целом – 38%). Кроме того, лишь 19% коронаскептиков доверяют официальной статистике о числе заразившихся (по населению в целом – 30%), 37% полагают, что цифры завышены (среди всех россиян – 18%), а 36%, напротив, – что занижены (33% по выборке). 

В пользу мнения о завышенной статистике коронаскептики (в ответах на открытый вопрос) приводят следующие аргументы«медики ставят диагноз коронавирус ради положенных им доплат за этот диагноз и лечение» (15%), «я вижу это там, где живу: среди моих знакомых нет заболевших» (5%), «власти, СМИ преувеличивают масштабы эпидемии в собственных целях, не верю этой статистике» (5%).

«Информант: Притом что есть такая информация, знакомые знакомых, что родственников людей, погибших даже в ДТП, заставляют писать, что они погибли при коронавирусе.

Интервьюер: Ого! Такая информация есть?

Информант: Ну вот знакомые знакомых говорят. А все почему? Мы со своей колокольни рассуждаем, потому что медики все хотят получить по 80 тысяч, ну, как бы, врачам, но если ты работаешь с коронавирусом. А тут – вот тебе для статистики, у нас три трупа коронавирусных больных, мы вроде в морге тоже там при делах, давайте нам надбавку». (Вологодская область, мужчина, 44 года, высшее образование)

Любопытно, что коронаскептики чаще остальных участников опроса полагают, что вирус был создан лабораторным путем (60% против 51%). Кроме того, они чаще склонны считать, что распространение заболевания по всему миру произошло преднамеренно, а не стихийным образом (44% против 35% по выборке в целом). Этот факт вызывает некоторое недоумение: казалось бы, зачем целенаправленно заниматься разработкой и распространением вируса, потенциальная опасность которого не так уж высока? Возможное объяснение заключается в том, что скептицизм этой группы распространяется не только на информацию о тяжести заболевания, а на любые сообщения о коронавирусе, представляющие «генеральную линию», что не всегда логично. 

«Интервьюер: Так, и самый главный аргумент, почему им не доверяете? Как бы вы ответили, если так подводить итог, почему не доверяете официальным источникам информации о коронавирусе?

Информант: Ну, нам правду еще никто не сказал, как можно верить? Если бы нам всегда говорили правду, может быть, и верили бы. А коль всегда врут, сплошь и рядом, как можно верить? Ну как я поверю, если мне столько уже лапши навешали, сколько лет у нас это, 30 лет уже скоро будет?! (Москва, женщина, 59 лет, среднее специальное образование)

Плюс ко всему коронаскептики заметно чаще, чем население в целом, сомневаются в эффективности средств индивидуальной защиты с точки зрения профилактики распространения коронавируса. В эффективность масок не верят 54% (против 35% среди всех опрошенных), перчаток – 54% (против 36%). Также они чаще считают, что соблюдение социальной дистанции не помогает бороться с распространением вируса (28% против 14% по выборке в целом). 

Вполне предсказуемо, эти люди почти в три раза чаще, чем население в целом, выражают уверенность, что ограничительные меры для борьбы с эпидемией вводить не следовало (26% против 9%), и в два раза чаще заявляют, что принятые ограничительные меры в принципе не нужны (43% против 22%). 

Логично предположить, что подобные установки способствуют более беспечному отношению к требованиям соблюдать меры безопасности и профилактики, что, в свою очередь, может приводить к более широкому распространению заболевания. Одним из «отягчающих» факторов здесь может выступать то, что коронаскептики чаще других людей продолжают ходить на работу, как и до эпидемии (40% против 30%), то есть социальных контактов у них больше, чем у тех, кто перешел на «удаленку».

Подводя итог, отметим, что сомнения в серьезности заболевания зачастую демонстрируют люди, которые склонны занимать критическую позицию по отношению к повестке, связанной с вирусом в целом. Информация о пандемии, которая отражает «генеральную линию», транслируемую СМИ, у них зачастую доверия не вызывает. Это касается и причин возникновения пандемии, и развития ситуации, и рекомендаций относительно мер защиты и профилактики. Вероятно, одна из причин подобных установок, свойственных коронаскептикам, – общая утрата доверия к СМИ и сомнения в существовании источников информации, которые можно было бы считать надежными.

________________

Источники данных

  1. Телефонный опрос населения 18 лет и старше. Сроки проведения опроса: 2–5 июля 2020 года. География опроса – РФ в целом. Итоговый объем выборки – 1570 респондентов.
  2. 12 интервью. Участники – 6 мужчин и 6 женщин в возрасте от 27 лет до 61 года из Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Краснодара, Липецка, Республики Башкортостан, Республики Татарстан, Курской, Ленинградской, Вологодской, Московской и Тюменской областей. Сроки проведения интервью: 9–10 июля 2020 года.
Евгения Закутина

Поделитесь публикацией

  • 0
  • 0
  • 0
© 2020 Фонд Общественное Мнение