• к-Зонд
  • 13.04.21

(Не)соблюдение социальной дистанции

Продолжение серии сюжетов об отношении россиян к эпидемиологическим мерам против коронавируса

qr-code
(Не)соблюдение социальной дистанции

Ношение масок, ограничение контактов, частое мытье рук, соблюдение социальной дистанции – уже во многом привычные практики, с которыми нам пришлось столкнуться во время пандемии коронавируса. Некоторые верят в их эффективность, некоторые – нет. Мы уже писали о ношении масок как способе профилактики заболевания и выяснили, что практически все опрошенные нами респонденты носят маски или, по крайней мере, декларируют это. Но если за неношение масок во многих регионах предусмотрены штрафы, то социальная дистанция остается делом добровольным, хоть и рекомендуемым. Насколько действенна эта рекомендация, мы и хотели бы разобраться.

Три четверти опрошенных (74%) говорят, что стараются соблюдать социальную дистанцию. Наиболее дисциплинированы в этом отношении пожилые респонденты, среди которых 83% утверждают, что стараются держаться на необходимом расстоянии от окружающих. Реже остальных это делают мужчины, люди в возрасте 31–45 лет, а также работающие (по 69% в каждой группе). Согласно данным опроса ФОМа, представителям этих же социально-демографических групп чаще остальных приходится регулярно сталкиваться с ситуациями, когда соблюдение необходимой дистанции невозможно по объективным причинам. Тогда как многие пожилые, по их словам, с такими ситуациями не сталкиваются. Понятно, что тем, кто должен добираться на работу и с работы в общественном транспорте в часы пик, труднее избежать тесных контактов с окружающими. В среднем же часто сталкиваются с невозможностью соблюдать дистанцию 34% опрошенных нами респондентов, редко – 38%, не сталкиваются вовсе 23%.

Чем крупнее населенный пункт, тем, по понятным причинам, люди чаще говорят о невозможности держаться в 1,5–2 метрах от окружающих. Но объяснять нарушение рекомендаций только невозможностью их соблюдения было бы неправильным. Так, немногие россияне отказываются от посещения какого-либо места, потому что там невозможно выдерживать необходимую дистанцию. Только 23% опрошенных сказали, что есть места, куда они стараются не ходить из-за высокой плотности людей. Чаще других такие ответы дают пожилые респонденты – 29%, тогда как среди людей 31–45 лет подобное решение принимают лишь 17%. Чаще всего люди отказываются от похода в ресторан или кафе (5%), магазин (4%), торговый центр (4%), от поездок в общественном транспорте (4%), от похода в театр (3%). 

Кроме того, каждый третий опрошенный не верит в эффективность этой меры в качестве защиты от коронавируса. Обратной точки зрения придерживаются 58% опрошенных (примечательно, что в эффективность масок верят значительно меньше людей – 47%). Вера в действенность дистанцирования напрямую влияет на практики россиян. Но даже среди тех, кто в это не верит, 55% стараются придерживаться данной рекомендации (во всяком случае, декларируют это). Возможно, люди поступают подобным образом во избежание конфликтов с окружающими. Так, каждый четвертый (24%) делает замечание, если видит нарушение допустимой дистанции (среди пожилых – 30%). 

В целом для наших сограждан старшего поколения скученность, малая дистанция были не проблемой, а скорее нормой: бараки, коммуналки, казармы, общежития, наконец, очереди, представлявшие собой важный социальный институт. Очередь создавала общность, при этом не безмолвную, как сегодня, а активную группу людей, которые проводили так много времени, знакомились, обменивались новостями. При этом очередь была местом конкуренции и борьбы за благо, а в результате – местом нарушения правил в виде прохождения вне очереди и т. д.1

Это приводило к тому, что советские очереди представляли собой довольно плотную массу людей, готовых в любой момент защитить свое место или же, наоборот, нарушить выстроившийся порядок. Возможно, поэтому каждый четвертый считает, что россиянам сложнее соблюдать социальную дистанцию, чем европейцам. Чаще всего об этом говорят респонденты в возрасте до 45 лет. Тогда как, по мнению большей части пожилых, россиянам это делать проще, чем жителям Европы. Казалось бы, это противоречит приведенной выше гипотезе, однако, на наш взгляд, напротив – подтверждает ее. Если откинуть склонность молодых идеализировать Европу и склонность пожилых демонизировать ее, то соответствующие возрастные различия можно объяснить бóльшим недовольством молодежи допустимым в допандемические времена расстоянием между людьми в публичных местах, тогда как пожилых притирание к чужой спине в силу советского опыта смущает меньше.

Только 22% россиян считают, что пандемия что-то изменит в этом отношении и соблюдение социальной дистанции войдет у людей в привычку, причем молодежь снова оказывается более скептичной: в этой группе такого мнения придерживаются лишь 17%. Для сравнения: 47% верят, что маски люди будут носить и после нынешней пандемии. Правда, в случае с масками задавался вопрос, войдет ли их ношение в привычку именно в период сезонных заболеваний, однако разница все равно внушительная.

Сейчас же только 18% опрошенных сказали, что, по их наблюдениям, дистанцию в необходимые 1,5–2 метра соблюдают все или большинство окружающих их людей. Напомним, что в отношении масок доля соответствующих ответов – 70%. Большая часть респондентов отметила, что лишь немногие (почти никто или меньшинство) стараются держаться на расстоянии от окружающих. Среди москвичей – 55%, среди жителей других городов-миллионников – 53%, среди жителей сел – лишь 38%. Это распределение подтверждает, что во многом несоблюдение дистанции обуславливается невозможностью это сделать, то есть большим числом людей. 

Однако, отвечая на открытый вопрос о причинах такого поведения, люди гораздо чаще объясняли это непониманием угрозы коронавируса: «люди не воспринимают всерьез эпидемиологическую ситуацию», «многие не верят, некоторые считают, что это обычная простуда», «потому что не верят, считают, что это все спланировано, нет такой болезни», «наверно, потому что не верят в коронавирус и в то, что это смертельная болезнь», «не осознают опасность», «не считают грозной болезнью», «понимают, что это все преувеличено, это не так страшно, создан искусственный ажиотаж» (25%).

Либо напрямую указывали на безответственность людей: «от небрежности», «люди с низкой социальной ответственностью», «ну, наверно, безответственность какая-нибудь, безалаберность, я считаю», «беспечность», «наплевательское отношение к себе и к окружающим», «легкомыслие» (16%).

Другой аргумент – традиционное русское авось, надежда на то, что обойдется: «слишком самонадеянные», «наверное, нет страха у людей», «не верят, что могут заболеть», «надеются, что организм крепкий», «думают, что их это не коснется», «потому что, наверное, не боятся заразиться» (16%).

И лишь 11% говорили об отсутствии возможности соблюдать дистанцию: «сложно в перенаселенном городе это сделать», «невозможно соблюдать дистанцию во всех общественных местах», «это нереально, особенно в больших торговых центрах», «иногда бывает помещение маленькое, не удается соблюдать дистанцию», «в общественном транспорте делать это невозможно», «много народу на квадратном метре метро»

Подытожим: россияне чаще носят маски, чем соблюдают дистанцию, хотя заметно больше верят в эффективность именно дистанцирования. Но держаться на расстоянии друг от друга, очевидно, труднее, чем носить маску, – и в силу плотности населения в городах, и в силу культурных особенностей, и в силу нашей известной беспечности.

Кроме того, за нарушение этой рекомендации не предусмотрены никакие санкции, помимо редкого публичного осуждения, тогда как за неношение маски можно получить весьма внушительный штраф. Отсюда следует тривиальный и печальный вывод: если можно что-то не делать, люди этого не делают. 

_________________

Источник данных

Телефонный опрос населения РФ 18 лет и старше. Сроки проведения опроса: 16-19 марта 2021 года. Ежедневно опрашивались 300 респондентов. Расчет делался по суммарной выборке за четыре дня опроса, итоговый объем выборки–1200 респондентов.

Ирина Осипова

Поделитесь публикацией

  • 0
  • 0
  • 0
© 2021 Фонд Общественное Мнение