• к-Зонд
  • 20.05.20

«Субъективно, конечно, бесит. Объективно – нужно!»

Москвичи – о мерах эпидемиологической безопасности и пандемии коронавируса

qr-code
«Субъективно, конечно, бесит. Объективно – нужно!»

Отношение к режиму самоизоляции. Опасения заразить и заразиться

Москва как столица и главный транспортно-пересадочный узел оказалась в центре пандемии коронавируса в России с наибольшим числом выявленных случаев заражения. Именно в Москве режим самоизоляции был введен раньше всего, и, как мы отмечали ранее, жители столицы соблюдают его особенно строго. Поэтому неудивительно, что именно они гораздо чаще остальных россиян говорят, что с началом пандемии их образ жизни значительно изменился.

Разумеется, соблюдение режима самоизоляции не всем дается легко – людям тяжело постоянно находиться в четырех стенах.

 

«Конечно, потому что весна. Раньше зима была, холод, и так не выйдешь. Сейчас начнется погода, и действительно люди будут срываться. Потому что очень тяжело в такую погоду остаться дома. А на дачу поехать – и все равно уже этот карантин очень трудно соблюсти. У кого машина – легче, у кого нет машины – тому тяжело». (Женщина, 59 лет)

 

«Субъективно, конечно, бесит. Объективно – нужно! Ну, приходится сидеть дома». (Мужчина, 46 лет)

Кроме того, люди все-таки боятся заразиться, но главное – заразить кого-то из близких родственников, поскольку полностью ограничить контакты с ними не представляется возможным.

«Я переживаю, да. Потому что у меня – пожилые родители, отец – инвалид с множеством сопутствующих заболеваний. И при этом они живут отдельно, папа, мама и брат. И брат ездит на работу каждый день. И, да, я переживаю. Если вдруг он заразится и заразит родителей, потому что отец… Ну, там действительно как-то плохо все со здоровьем. И брат, собственно, хронический бронхит имеет, поэтому риск есть». (Женщина, 43 года)

 

В целом уровень опасений, связанных с коронавирусом, среди москвичей сейчас не отличается от среднероссийских показателей. По данным за апрель, боятся заболеть 58% жителей столицы. Чаще других – женщины в возрасте от 46 до 60 лет, хотя формально они не входят в группу риска. Но они чаще, чем пожилые женщины, бывают в общественных местах. Тогда как 49% респонденток старше 60 лет, по их словам, вообще не выходят из дома, а потому чувствуют себя относительно защищенными.

 

Мужчины в целом меньше переживают по поводу коронавируса, в том числе – пожилые. Это свидетельство, с одной стороны, их беспечности (для сравнения: только пятая часть из них совсем не выходит из дома), с другой – низкой информированности. Они хуже всех осведомлены о симптомах коронавирусной инфекции (60% в этой группе против 69% по Москве в целом) и способах ее профилактики (77% против 87%).

Иллюстрацией такой беспечности и незнания является фрагмент из интервью с москвичом, всего на год моложе представителей самой старшей возрастной категории (60+).

 

«Интервьюер: То есть маски, перчатки, социальная дистанция – это вам все известно?

Информант: Известно, но я не пользуюсь этим делом, когда в магазин хожу. Потому что я смогу заболеть – не думаю об этом, да.

Интервьюер: Подождите, а разве это только для того, чтобы вы не заболели?

Информант: Я знаю, что маски, как и Шевченко (Максим Шевченко, российский журналист и общественный деятель. – Прим. ред.) говорил, маска нужна тем, кто болеет или у кого в семье болеет кто-то, их надо носить. А если человек здоровый – зачем ему эта маска-то?» (Мужчина, 59 лет)

 

Дополнительной причиной тревоги в условиях пандемии коронавируса является чувство неопределенности – непонятно, когда она закончится и насколько серьезный ущерб нанесет.

 

«Неизвестно, что будет завтра. Неизвестность. Насколько долго это вообще продлится, сколько мы будем сидеть в этих рамках. Хочется, чтобы скорее все прошло, поэтому по максимуму пытаюсь сидеть, не выходить, и к родителям, так как я живу отдельно, я не езжу. Хочется просто скорее вернуться к обычной жизни, чтобы не было никаких запретов». (Женщина, 25 лет)

 

 

Общее отношение к мерам борьбы с пандемией

 

Тем не менее большинство москвичей положительно оценивают действия властей по борьбе с пандемией, хотя доля таких людей в столице снижается, как и в стране в целом. Однако москвичи куда чаще верят в способность местных медицинских учреждений успешно бороться с пандемией: 64% против 48% по стране*.

При этом некоторые участники глубинных интервью и фокус-групп считают, что власти несвоевременно среагировали на угрозу распространения пандемии, режим самоизоляции нужно было вводить раньше.

«Информант: Единственное, я тоже считаю, что все это надо было раньше начинать.

Интервьюер: И в Москве тоже?

Информант: Мы опоздали. В Москве – в первую очередь. Такая сгущенность населения, конечно, надо было раньше объявлять карантин и все это делать, эти мероприятия раньше начинать». (Женщина, 59 лет)

«Возможно, надо было чуть раньше начать, где-то с 8 марта закрыть. Надо было просчитать другие страны: Италию – там пошло очень сильно нарастание, Испанию. Надо понимать, что Москва… Регионы можно было чуть позже закрыть, а Москву надо было закрывать раньше». (Женщина, 43 года)

 

Отношение к каждой из действующих мер

 

Рассмотрим каждую из мер по отдельности и начнем с режима самоизоляции и ограничения контактов с друзьями и родственниками, в том числе пожилыми.

 

Помимо того что москвичи в целом проводят меньше времени на улице, среди них втрое больше тех, кто вообще не выходит из дома: 21% против 7% по выборке в целом*.

Доли людей, которые стараются ограничить контакты с пожилыми родственниками и друзьями, в Москве и в России почти совпадают, однако к ограничению дружеских контактов жители столицы подошли более радикально. Больше двух третей москвичей (69%) вообще перестали видеться с друзьями, тогда как среди россиян – 42%. Это может быть следствием более тяжелой ситуации в столице и говорить о большей ответственности москвичей. Однако можно предположить, что значение имеет размер города, и москвичам, чтобы увидеться с друзьями, чаще приходится пользоваться общественным или личным транспортом, на что, в свою очередь, надо получать пропуск, то есть барьеров для перемещения больше.

В отношении других направленных на защиту от коронавируса мер, таких как ношение масок, соблюдение дистанции в общественных местах, москвичи от других россиян в целом не отличаются. Судя по слитым данным за апрель, носят маску в общественных местах 63% опрошенных, соблюдают дистанцию 87%. Наиболее ответственно к этим мерам подходят люди среднего возраста, тогда как молодежь и пожилые в среднем следуют им реже. Однако вновь отметим, что пожилые (и в особенности женщины) меньше бывают в общественных местах, а потому чаще остальных затрудняются ответить на эти вопросы.

Не носят маски 27% жителей столицы, и не только потому, что их сложно купить (70% сталкивались с дефицитом масок в аптеках), некоторые в принципе сомневаются в необходимости их ношения.

«Я даже не знаю. Маски эти медицинские ничего не дают. Их надо менять через каждые 20 минут, а не два часа, и носить их надо не здоровым людям, а больным». (Женщина, 64 года)

«Я думаю, что соблюдение дистанции – да. Ношение маски, понимаете, тут у меня много сомнений и знаков вопроса, потому что в нашей семье масок нет. Потому что, к сожалению, настолько была загружена работой до карантина, ну уж после – тем более, что мы просто не купили маски, мы не знали, что такое все произойдет неожиданно, масок не оказалось, и покупать просто нечего». (Женщина, 50 лет)

«Эти правила – они себя совсем никак не оправдывают: если тебе суждено заразиться чем-то, он все равно заразится, а если не суждено, то не заразится. Меня научили так старшие товарищи, и все, и я поверил». (Мужчина, 40 лет)

Москва – один из регионов, где в связи с пандемией коронавируса была введена пропускная система. К сожалению, у нас нет опросных данных, отражающих отношение жителей столицы к этой мере, однако, судя по интервью и фокус-группе, москвичи отзываются о ней весьма противоречиво – главным образом потому, что считают ее неэффективной, а иногда и просто бесполезной и направленной исключительно на пополнение столичного бюджета за счет штрафов.

«Сам лично я соблюдаю, я выписываю <пропуск> на автомобиль, нарушать закон не вижу смысла. А то, что излишние меры не настолько действенны, потому что в автомобиле человек сам по себе присутствует в самоизоляции, потому что он находится в автомобиле, это логично. А если брать общественный транспорт, там хоть пропуска выписывай, хоть не выписывай, там все равно все находятся в одном помещении, там много народу, это бесполезная процедура, что в метро, что в автобусе, общественные места». (Мужчина, 40 лет)

 

«Информант: Не знаю, я думаю, это глупость.

Интервьюер: Почему?

Информант: Потому что те, кто работает, им достаточно пропуска с работы, с печатями, то, что действительно эта организация и она работает там-то и проводит такие-то работы, и выдан этому человеку. А вот это все, я считаю, лишнее.

Интервьюер: А те, кто не работает?

Информант: А те, кто не работает, – сидите дома!» (Женщина, 64 года)

 

«Я считаю, что пропуска на машину, на каждый выезд, нерабочие если, это, наверное, неоправданно. Это оправданно с точки зрения власти, это направлено на собирание штрафов, дополнительных денег с людей. Штрафов выписали на 80 млн руб. буквально за неделю – здорово, правда? Люди сидят без работы, куда-то поехал, ну, не знаю, по делу. Наверное, никто просто так шататься и заражать просто людей, наверное, не будет. Значит, какая-то была причина у человека. А его просто раз – и штрафанули». (Женщина, 43 года)

 

«Люди сами понимают, что ситуация серьезная, по крайней мере подавляющее большинство людей. А цифровые ошейники, скажем так, они все-таки раздражают, это инструмент контроля. <…> Да, с моей точки зрения, надо было как-то по-другому это сделать, получше, видимо, объяснить, наверное, что не надо выходить, или как-то объявить какой-то режим ЧС, режим карантина конкретно. А не то что: вы, пожалуйста, сидите дома, а мы за вами будем следить и штрафовать, если вы вышли куда-то, так делается. <…> Они служат только тому, чтобы с людей драть штрафы. Люди сами не выходят, сами ходят в масках или ходят в перчатках и т. д. В магазинах люди соблюдают дистанцию, и, как бы, это все избыточные меры, которые не нужны, мне так кажется». (Мужчина, 29 лет)

Дополнительным фактором недовольства являются трудности при оформлении этих пропусков, особенно если пропуск нужен срочно.

«Конечно, было очень неприятным сюрпризом, когда мы оформляли поездку к деду и брали с собой сына, у нас достаточно сильный молодой человек. И нам стали говорить о том, что мы можем выехать только через пять часов, хотя до этого нам говорили: да, пожалуйста, получайте разрешение, езжайте. Там в течение пяти часов все это будет подтверждаться, но вы не беспокойтесь, вы едьте по подтверждению. У нас паспорт, у нас все есть, у других есть подтверждение проезда нормального. И вот, а тут вдруг началось вот такое. И это, конечно, неприятно, именно отношение властей к простым смертным». (Женщина, 50 лет)

 

«Были нестыковки между списками, когда вы предъявляете QR-код, там идет проверка. И если там, не знаю, информации нет, может быть, не особо правильная стоит информация в этих базах данных. С этим столкнулись уже мои знакомые, которые пытались своих работников вытащить, и получили… Там пять часов аннулированного пропуска». (Мужчина, 46 лет)

 

«Но если какие-то обстоятельства складываются, у меня старая мама и вдруг ей станет плохо, я не могу две поездки даже эти потратить. Я вторую поездку до конца недели держу, на всякий случай. Вдруг понадобится срочно, а я не могу выйти из дома. И для таких срочных случаев ничего не придумано, для экстренных случаев, чрезвычайных, когда человек может потратить больше двух… Но это должна быть действительно серьезная причина». (Женщина, 59 лет)

Однако если введение пропускного режима люди еще могут оправдать, то штрафы за его нарушение чаще всего вызывают у москвичей негодование и возмущение.

«С точки зрения закона они неправомерны, эти штрафы, не имеют права быть, они не могут существовать. <…> Вот на днях меня остановили, я иду в магазин, магазин – он дальше 100 метров от дома, он метрах в 300, останавливают и говорят: «Вы слишком далеко отошли от дома, собаки нет, у вас вот ближайший магазин – через дорогу, зачем вы идете в этот магазин?» И пытались мне выписать штраф. Как только я стал им говорить про статью и так далее, они сказали сразу: «Ой, вы знаете закон, ну, тогда всего доброго, до свидания!» (Мужчина, 28 лет)

 

«Информант: Я бы сказал, что слишком жесткие <меры>. Когда людям государство не помогает, а штрафует за то, что они выходят на улицу, это немножко неправильно.

Интервьюер: Не надо было их вообще вводить или просто сделать меньше – 500 руб., тысячу?

Информант: Мне кажется, что вообще не стоило вводить, а просто объяснить людям, что не надо выходить. А те люди, которые выходят, их не так много, потому что люди у нас все-таки ответственные». (Мужчина, 29 лет)

 

«Я считаю, что неправильно запугивать безумными штрафами, вот это просто подло, отношение правительства по отношению к людям, потому что люди начинают бояться, в роликах по интернету начинают говорить о том, как нехорошие полицейские обижают ни в чем не повинных людей. <…> Ну вот полиция, наверное, конечно же, в общих ее проявлениях, она должна за этим смотреть, но я считаю, что отнимать последние гроши у людей неправильно, потому что люди теряют работу, люди теряют средства к существованию». (Женщина, 50 лет)

Лишь немногие считают, что иначе – нельзя и это единственный способ удерживать людей от прогулок и скопления.

«Я считаю, что да, это единственная возможность сдержать. Это страх, что будет назначен штраф, и этот денежный кнут – он немножко сдерживает. Не всех, наверное, молодежь не сдержишь, но хотя бы более зрелых людей, кто уже понимает. <…> 4–5 тыс. – я считаю, что это нормальная, адекватная цена. Я слышала, что где-то по 15 назначали сразу, особенно автомобилистам, – это, конечно, очень круто, с учетом того, что люди сейчас многие работу теряют. А 4–5 тыс. – в принципе, адекватно, если человек вменяемый и у него нет лишних денег, это заставит его остаться дома, без крайней необходимости не выйти. Но обстоятельства разные, невозможно за всех сейчас ответить». (Женщина, 59 лет)

 

«В общем, конечно, штрафы – это всегда плохо. Но, по-моему, это вынужденное, по-другому не поймут». (Мужчина, 46 лет)

Гораздо более эффективной, на взгляд некоторых информантов, была бы грамотная информационная кампания, объясняющая необходимость соблюдать режим самоизоляции и придерживаться других мер, направленных на борьбу с пандемией.

«Для начала правительство должно дать четкую информацию населению, чтобы они понимали суть происходящего по каждому пункту. На данный момент этого нет. Народ почему нарушает самоизоляцию, на мой взгляд? Потому что они не понимают и у них нет информации в голове. А самое главное – это информация у населения в голове». (Мужчина, 40 лет)

О том, что пропускная система и штрафы перестали удерживать (если вообще удерживали) от нарушения режима самоизоляции, лучше всего говорит тот факт, что с каждой неделей стремительно растет доля москвичей, отмечающих увеличение числа людей на улице за «последние три дня».

Подытожим. Москвичи, несмотря на особенно сложную эпидемиологическую ситуацию в столице, испытывают не больше страхов, чем остальные россияне. Тем не менее они несколько строже соблюдают режим самоизоляции и гораздо строже подходят к вопросу ограничения контактов с друзьями. Немалую роль в этом играет введение пропускного режима и штрафов, которое, однако, многими воспринимается как излишняя и бесполезная мера. Люди считают, что эффективной информационной кампании и разъяснений было бы достаточно для того, чтобы люди старались сидеть дома. Однако так ли это, учитывая, что вопреки всему людей на улицах, по наблюдениям москвичей, становится все больше? Возможно, за этим скрывается инфантилизм, а апелляция к незнанию является скорее оправданием собственной и чужой безответственности.

___________

Источники данных:

Всероссийский опрос населения 18 лет и старше. Ежедневно опрашиваются 450 респондентов. Метод опроса: телефонный опрос. Данные слиты по неделям.

Опрос жителей Москвы 18 лет и старше. Ежедневно опрашиваются 100 респондентов. Метод опроса: телефонный опрос. В динамических распределениях приводятся слитые данные по неделям, в социально-демографических распределениях – слитые данные за апрель.

Восемь глубинных телефонных интервью и одна онлайн фокус-группа (четыре участника) с москвичами. Даты проведения: 26–28 апреля.

 

*Приводятся последние на момент написания материала данные от 7–13 мая 2020 года.

Ирина Осипова

Поделитесь публикацией

  • 0
  • 0
  • 0
© 2020 Фонд Общественное Мнение